«Она была чуть больше моей ладошки»

Елена и Алексей Котовы, дочь Маша родилась весом 965 г: «Беременность была благополучной — все было хорошо, ничего не предвещало ЧП по анализам. Единственное, на УЗИ все время говорили, что ребенок меньше, чем по сроку, но сначала говорили не придавать этому значения. Был эпизод, когда на УЗИ обнаружили кисту кармана Блейка в голове — этого все пугаются, даже говорят, что это повод прекратить беременность. Мы пошли к другому специалисту, он говорит: "Ничего не вижу". Второе УЗИ показало снова эту кисту. На этой нервной почве мы записались быстренько к специалисту, но мы к нему так и не попали, потому что перед самой консультацией заставили рожать: ребенок опустился [в животе], пошло кровотечение. Это были 33–34 недели, ребенок был по весу как 5–6-месячный — 965 г.

Маша в отделении недоношенных новорожденных и сейчас

Она 2 месяца пролежала без меня (в инкубаторе и в специальной люлечке), и потом я легла в больницу к ней. С момента, как я ее на руки взяла, я с ней говорила, из рук не выпускала, дома даже с фотографией ее на ноутбуке разговаривала, пела колыбельные, верила, что она меня каким-то образом слышит. Мы свято верили, что Бог нам поможет. Папа приезжал в пять после работы, ему ставили стульчик — все врачи его уже знали, — ему давали Машу, и 1,5–2 часа он Машу держал. Три недели она так получала дозу папиного тепла.

У нас был маленький ноутбучек — папа записывал на него Моцарта. Я помню первую реакцию на Моцарта. Вот она лежит, 1 кг 900 г, в кроватке, я включила первый раз — и она прям в сторону музыки потянулась. Папа и сейчас очень много внимания уделяет тому, что Маша слушает и смотрит.

В первый раз взяли на руки… Это было чудо. Только врачи приходили, и каждый вываливал кучу [новых симптомов]. Врачи — не боги, то, что они говорят, не абсолют, нигде в скрижалях не записано. Они сами признают, что среди них специалистов все меньше и меньше, это их боль.

Когда приехали домой — постарались оградить от любого источника заразы, очень низкий иммунитет. Мы и сюда (на ул. Оловозаводскую в Кировском районе. — М.М.) переехали с Затулинки спустя месяцев 8 после рождения, здесь лес, река, природа. Очень много времени в лесу проводили. Маша с рождения принимает хвойные ванны. Это я как-то пришла в лес, во мне открылась бабушка моя, ну или дедушка, я начала собирать травки. Ей в лесу без игрушек хорошо — она может играть с листиками, палочками, смотреть на заячьи следы. С цветами может подолгу говорить.

В прошлом году мы оформили инвалидность на год, в этом году будем продлевать. Мы должны каждый год делать обследование — как развивается сердце, мочевой, и т.д…. Нам не делали никаких конкретных прогнозов, но предупреждали: "Имейте в виду, такой ребенок может пойти только к 6 годам". Но в итоге она пошла в 2,5 года, а заговорила почти в 3. Мы просто мечтали, чтобы она начала ходить. Конечно, курс массажа, ЛФК — ежедневно упражнения на мышцы, дома очень много занимаемся.

Сейчас не загадываем, но все-таки надеемся, что в 9 лет пойдем в первый класс. Конечно, я бы хотела, чтобы Маша у меня закончила университет. Одна невролог сказала: "Вы свои хотелки на нее перекладываете, возможно, что университет ей никогда не светит, надо выбрать ручной труд". Я не совсем с этим согласна. Ее в некоторых вещах опережают и трехлетние дети. А в чем-то обгоняет своих сверстников. И все равно я думаю, что есть шанс на профессию по мозгам, у нее не умственная отсталость. Элла Ульяновна (Воронина, неонатолог областной больницы. — М.М.) сразу сказала, что Маша боец.

Если бы я родила Машу в 20, я бы смогла выдержать, но как? Первый ребенок (у Елены 21-летний старший сын от первого брака. — М.М.) дался легко, он здоровый мальчик. Маша слишком дорогой ценой досталась. Оправдываться, что мне что-то не хотелось делать, нельзя — ребенку с этим жить.

Всегда нужно улыбаться ребенку, даже если ты устал и грустно, ребенок не должен принять на себя это. Проснулась — улыбнись ребенку. Бывало, что я с ней гуляла и плакала под очками, потому что у нас какие-то неприятности, финансовые проблемы, стресс колоссальный. Порой не хочется слушать ребенка, хочется уйти в свои страдания, но внутренний надзиратель заставляет выслушать, пожалеть, улыбнуться. Она на первом месте. Сейчас Маша — это мое всё, моя Вселенная, мое сердце».

Ольга (попросила не указывать фамилию и не снимать лицо), сын Даниил родился весом 1 кг 250 г: «Беременность была проблемной — я несколько раз лежала на сохранении. Когда сделала УЗИ контрольное — оно показало нарушение кровотока… В общем, экстренная была госпитализация. Сын родился на сроке 32 недели — 29 января еще 2016 года, а должен был родиться в конце марта. Я готовилась к тому, что будет кесарево и что будет раньше срока… Но чтобы настолько раньше! Конечно, я не была к этому готова.

Даниил в роддоме и сейчас

Мы не были вместе с рождения — я ребенка своего в первый раз увидела на 19-й день [после родов]. Потому что карантин по гриппу был, и меня не пускали к нему. Лежал он вообще 40 дней там — и я два раза его видела [за это время]. Мы ходили с мужем каждый день, но неонатолог говорила: "Все равно не покажу, карантин по гриппу!". Но по телефону, конечно, все рассказывали.

Невозможно описать, если ты никогда этого не испытывал. И не надо такое испытывать! Знать, что у тебя есть ребенок, но ты его ни разу не видел и ни разу к нему не прикоснулся. Обычно, когда мамочки рожают, к груди прикладывают деток только что родившихся. А тут я только увидела, как его унесли быстрее в реанимацию. Это очень тяжело. Но когда увидела — там одни слезы были. Он уже не в боксе был, а в люльке, с катетерами, масенький такой.

[Врачи] пугали, конечно. Например, ДЦП. Что вот, недоношенный, есть риск… Я говорю: "Ну зачем мне эта информация? Может быть все что угодно. Скажите, что сейчас с ребенком!". Никогда не была настроена на то, что что-то случится, что какие-то болезни. Мы решаем проблемы по мере поступления. Потому что мы его столько ждали, что по-другому просто быть не может. Мы ждали его больше 10 лет. Привычка ждать уже была, 40 дней по сравнению с 10 годами — ничего.

А 10 марта нас выписали домой, Даня весил уже 2 кг. Это было настоящее торжество — приехали все родственники, был фотограф, шарики, цветы. Я его на руки взяла в первый раз… Думала, что будет страшно, когда подгузник первый раз надо было менять, да и бабушки все склонились: "Ты что, не боишься?!". Но ты понимаешь, что это твое, твой ребенок — и, кроме тебя, это никто не сделает.